ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР

ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР

ПРИМЕЧАНИЯ
[1] Схожие выводы намечались и в значительно более ранешних работах. Значимый энтузиазм в методологическом отношении представляет замечание Щербы (Щерба 1974: 103) о том, что с синхронной («психологической» в тогдашней его формулировке), а не с исторической ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР точки зрения первичные окончания *-mi, *-si, *-ti должны пониматься как -m-i, -s-i, -t-i, где -i ассоциируется с функцией противопоставления 2-ух временных форм (ср. Иванов 1968а: 226).

[2] В качестве примера, где ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР материалы старой письменной истории индоевропейских языков принуждают внести уточнения в схему, предложенную в эволюционной синтаксической типологии, можно указать на тезис об абсолютной древности партитивной оппозиции, который прямо за одним из предшественников ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР эволюционной типологии – А.А. Потебней напористо повторялся в исследовательских работах больших наших языковедов в 40-е годы (Кацнельсон 1949: 119–125 и след.). Этому противоречит то, что в древнем, по абсолютной хронологии, индоевропейском языке – хеттском эта конструкция развивается в ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР новохеттский период (для среднехеттского она представлена только одним примером annaz kartaz ‘из чрева мамы’, практически ‘из мамы из чрева’, двойной отложительный падеж) и даже может служить синтаксическим аспектом для ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР отличения древне хеттских текстов от новохеттских.

[3] Необходимо отметить, что к этим трудам Яковлева с самого начала (еще в 20-е годы) очень сочувственно относился и таковой убежденный противник Марра, как Е.Д. Поливанов (Поливанов 1968: 185, 344).

[4] При био ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР оправданности последних определений нельзя не увидеть, что термин «экзогормоны» представляется осмысленным исходя из убеждений широких кибернетических аналогий меж многоклеточным организмом и биологическим обществом. Для обнаружения таких аналогий представляется разумным воспользоваться ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР (а именно, в зоосемиотике и связанной с ней социологии беспозвоночных) такими общими определениями, которые могли быть в равной мере приложимы к обоим случаям, которые в рамках более общей кибернетической теории должны рассматриваться как явления ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР 1-го порядка (ср. Цетлин 1969).

[5] Ср. также высшую оценку Маллери уже в обзоре работ о языках жестов: Леви-Брюль 1930: 105, 1910: 181–182.

[6] Из письма создателю истинной книжки, написанного незадолго до погибели И.А. Соколянского ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР – 19 февраля 1960 г. Под «словеснонемыми» (как разъясняется в тексте письма) имелись в виду глухонемые, под безъязычными – слепоглухонемые. Ср. также термин «дословесный язык»: Сироткин 1975, Мещеряков, 1972.

[7] Следует, по-видимому, отличать при всем этом явления ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР перевода, представляющиеся обычно архаичными (к примеру, по отношению к числительным) от случаев описания языка жестов через знаки устного (либо письменного) словесного языка. Так, жест высовывания языка, восходящий, видимо, к прирожденному жесту, общему ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР для систем коммуникации средством жестов в различных современных человечьих коллективах и для приматов (а именно, горилл, см. Смит, Чейз, Либлих 1974), может описываться и словесным образом (как обозначение удивления, а именно в древней китайской ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР литературе: Клинеберг 1938: Цао Сюэ-Цинь 1958), но из этого не следует, что такое описание само по себе является старым в словесном языке.

[8] В связи с тем, что существенное значение в этой работе ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР имел кооперативный труд о «Тристане и Исольде» (см. Фрейденберг 1932), необходимо подчеркнуть, что принципиальная для этого труда неувязка восточных параллелей легенде о Граале на данный момент опять стала в центре внимания историков культуры (Фиоре 1967).

[9] Не ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР так давно предложено несколько другое (остающееся очень проблематическим) осознание смысла вопроса и ответа об ишаке (Эйхнер1974: 185), но оно не меняет нрава структуры текста.

[10] По идее Хокарта обслуживался сначала священный правитель (Хокарт ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР 1936). Потому той же моделью объясняются и такие описанные Веселовским (Веселовский 1940: 325) по отношению к Индии дела, где певец получает вознаграждение от князя (как и в приведенных примерах у германцев и славян), ср ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР. типологическую параллель у руанда (Выпекал 1970: 681).

 






Вяч. Вс. Иванов
Очерки  по  истории  семиотики  в  СССР

Глава 1-ая

Глава 2-ая

Глава 3-я

Глава 4-ая

Литература


^ АНАЛИЗ ГЛУБИННЫХ СТРУКТУР
СЕМИОТИЧЕСКИХ СИСТЕМ ИСКУССТВА
 

1. Неувязка уровней и их диахронической интерпретации. Обе препядствия, рассмотренные в предыдущей главе – синкретизм систем символов и возможность одновременного их рассмотрения как исходя из ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР убеждений био, так и исходя из убеждений социальной при переплетении этих 2-ух качеств, исключающих изолированное исследование – появляются не только лишь при анализе таких ранешних систем, о которых шла речь выше. Схожие вопросы стоят ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР и перед исследователями современных зрительных и звукозрительных систем передачи инфы. Тут исключительный энтузиазм представляет эстетическое наследство С.М. Эйзенштейна, который по существу первым произвел исследование глубинных структур семиотических систем искусства, если ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР осознавать глубинные структуры в том более широком смысле, в каком о их молвят не только лишь применительно к языку, да и по отношению к этнологии, а именно в новейших разборах ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР структурно-антропологических построений Леви-Стросса (Strenski 1975). Богатые семиотическими мыслями последние работы Эйзенштейна («Метод» и «Grundproblem») по существу реализуют ту намеченную еще в 20-х годах Г.Г. Шпетом (Шпет 1027) идея, по которой для осознания искусства необходимо ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР углубленное исследование этнической психологии.

Эстетическая теория С.М. Эйзенштейна, некие личные положения которой разбирались в предшествующей главе, по праву считается созвучной главным идеям современной семиотики и структурной поэтики (ср. Жолковский и ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР Щеглов 1967). Вкупе с тем эта теория была очень близка всему тому направлению работ, которое было охарактеризовано выше – с их подчеркнуто диахроническим нравом, при этом в концепции Эйзенштейна на 1-ый план выдвигалась неувязка ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР синкретизма.

Одной из основных особенностей мысли Эйзенштейна (тут не расходившейся с главенствующей тенденцией науки предыдущего и только частично собственного века) было рвение осознать начальные начала каждого явления. Он много раз подчеркивал ранешний возраст ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР кино, объясняя этим свои сопоставления кино с архаичными формами культуры. При упражнениях связью меж звуковыми и зрительными восприятиями, принципиальной для эстетики кино, Эйзенштейн начинает с их био эволюционных предпосылок ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР. Из еще не написанных дневников, которые Эйзенштейн вел во время съемки кинофильма к Мексике, видно, что эти истоки уже тогда он находил в начальной недифференцированности мозга («omni – мозга», т.е. всеобщего, универсального мозга ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР) с еще нерасчлененными восприятиями на низших ступенях эволюции. Не случаем в «Программе преподавания теории и практики режиссуры», составленной Эйзенштейном, раздел «Истории развития выразительного проявления» начинался с анализа «выразительного проявления растений» (т ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР. 2: 142) – тропизмов (чем предвосхищалось название известной книжки П. Саррот, также сопоставившей тропизмы с человечьим художественным восприятием). Эйзенштейна занимал «период, когда еще как бы нет глаз» (т. 4: 178), когда «зрения нет», как писал в те же ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР годы Мандельштам в стихотворении, посвященном в точности той же мысли и кончающемся видами, которые построены на перекличке восприятий различных (вроде бы еще не дифференцированных) органов эмоций на исходных ступенях эволюции:

Если ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР все живое только помарка
За маленький выморочный денек,
На подвижной лестнице Ламарка
Я займу последнюю ступень.
 
К кольчецам спущусь и к усоногим,
Прошуршав средь ящериц и змей.
По упругим сходням, по излогам ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР,
Сокращусь, исчезну, как протей.
 
Роговую мантию надену,
От жаркой крови откажусь,
Обрасту присосками и в пену
Океана завитком вопьюсь.
 
Мы прошли разряды насекомых
С наливными рюмочками глаз.
Он произнес: «Природа вся в ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР разломах,
Зренья нет, – ты зришь в последний раз».
 
Он произнес: «Довольно полнозвучья,
Ты зря Моцарта обожал,
Наступает глухота паучья,
Тут провал посильнее наших сил».
 
И от нас природа отступила
Так, будто бы ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР мы ей не необходимы,
И продольный мозг она вложила.
Как будто шпагу, в черные ножны.
 
И подъемный мост она забыла,
Запоздала опустить для тех,
У кого зеленоватая могила,
Красноватое дыханье, гибкий хохот.

(Мандельштам ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР 1974:163)

В не так давно размещенных записях о натуралистах, изготовленных в те же годы, Мандельштам гласил: «Ламарк ощущает провалы меж классами. Это интервалы эволюционного ряда. Пустоты сияют. Он слышит синкопы и паузы эволюционного ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР ряда» (Мандельштам 1968: 190). Основываясь на данных исторической семантики школы Марра, занимавшей в те годы и Эйзенштейна, Мандельштам утверждал, что в древности значения «видеть, слышать и осознавать... сливались когда-то в одном семантическом ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР пучке». (Мандельштам 1968: 180). Потому и в метафоре «зрячих пальцев» из более ранешнего стихотворения Мандельштама «Я слово позабыл» можно созидать образное возвращение к тому синкретизму эмоций, о котором тогда же столько писал и гласил в ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР лекциях Эйзенштейн.

Немногим меньше года после публикации стихотворения «Ламарк» Б. М. Эйхенбаум, набрасывая тезисы к докладу «О Мандельштаме» (14 марта 1933 г.), писал о Мандельштаме: «биологизм его не антиисторичен и потому не асоциален ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР». Он открывал «биологизм как визионерство и как широкий семантический круг для “я”» (Эйхенбаум 1967: 168).

Спустя два года после написания Мандельштамом «Ламарка» и в тот же год – 1934, когда Эйзенштейн пишет «Режиссуру», где практически дословно повторяет ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР те же мысли, в романе Р. Кено «Gueule de Pierre» (потом вошедшем в переработанном виде в роман «Saint Glinglin», в первый раз изданный в 1948 г.) мы читаем рассуждение героя (во 2-м варианте ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР романа – Пьера Набонида): «Может быть, неспешный и длинный спуск был бы лучше. Я находил бы в обезьянке все то, что в ней еще остается от людского начала, позже это я находил ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР бы в собаке, в кошке, в слоне, в еноте, в конце концов, в утконосе; позже в птицах. Дойдя до рептилий, я бы начал в первый раз предчувствовать трещинку, отделяющую от людского. Рыбы ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, хотя они еще позвоночные, вызывают уже полностью определенное беспокойство. С беспозвоночных начинается отчаяние.

Но этот путь был бы очень долог. Я ищу не поочередной убыли людского начала в различных видах, а зари нечеловечности ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР» (Кено 1948: 2). По воззрению исследователя творчества Кено, «заря нечеловечности» составляет основную тему его книжки (Кеваль 1960: 192). В приведенном отрывке из книжки Кено весь ход поочередного спуска от человека к беспозвоночным вниз по ступенькам ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР эволюции практически дословно совпадает с приведенным стихотворением Мандельштама и со всем ходом мыслей Эйзенштейна. «Разряды насекомых» выделены и в стихах Мандельштама; в их «разломы» появляются там же, где «трещины» в рассуждении героя Кено. Описывая тот ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР же путь эволюции по отношению к зрению, Эйзенштейн в особенности тщательно останавливался на устройстве глаза у насекомых.

О неподвижности глаза насекомых и пресмыкающихся Эйзенштейн вспомнит, занимаясь регрессивностью маски, для которой свойственна неподвижность ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР глаз (GP, заметка «Мне сейчас 46 лет. Косметика», датированная 23.1.1944 г.). При разборе отрывка из романа Бласко Ибаньеса Эйзенштейн в качестве 1-го из средств передачи экстаза упоминает регресс зрения «на две ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР фазы сзади от теперешнего уровня его состояния» (GP, 28 VI.1947). «Зрение низводится еще на одну стадию, эволюционно предыдущую подвижному глазу – на стадию глаза недвижного, но многофацетного (муха, стрекоза)» (там же).

Вроде бы повторяя в оборотном ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР порядке то регрессивное движение, которое в цитированных строках обрисовывает Мандельштам –

Мы прошли разряды насекомых

С наливными рюмочками глаз –

Эйзенштейн изучает «эволюцию глаза – от одноточечного недвижного глаза к недвижному глазу насекомого ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, уже многофацетному, многоточечному, но внутри себя еще статичному, и, в конце концов, к глазу опять одноточечному, но оживленному, подвижному» (т. 4: 595); так же позже и история синематографа им излагается в движении от синематографа с одной недвижной ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР точки съемки к динамическому кино.

Эйзенштейн писал в трактате «Режиссура»: «Есть период, когда еще как бы нет глаз, и они вырабатываются в процессе дифференциации осязания как личный случай осязания. Другая сфера ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР осязания вырабатывается как вкусовой определитель. 3-я – как слуховой и т.д.» (т. 4: 178). К данной теме в трактате «Режиссура» Эйзенштейн ворачивается в нескольких местах в связи с глубоко его занимавшим (и обсуждавшимся в других ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР его работах, а именно в «Вертикальном монтаже») синэстетизмом (внедрением различных видов чувственного восприятия) японского театра Кабуки: «отдельные разряды эмоций развились из 1-го общего – из осязания» (т. 4: 327).

П.А. Флоренский ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, высказывавший в 1924 г. точки зрения на семиотику изобразительных искусств, очень близкие к эйзенштейновским, давал им био разъяснения, практически дословно совпадающие с высказанными одним и 2-мя десятилетиями спустя мыслями Эйзенштейна: «мысль о зрении ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР как осязании высказывалась не один раз, и, а именно, поддерживается сравнимо анатомически и эмбриологически; глаз совместно с другими органами восприятия происходит из такого же зародышевого листка, что и кожа, орган осязания; тут глаз и кожа ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР представляются попавшими на кожа органами нервной системы. Несколько огрубляя дело, можно сказать, что организм одет в один сплошной нерв, облечен в орган восприятия, т.е. в животную душу. Глаз есть тогда ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР некоторый узел утончения, в особенности чувствительное место кожи с личной, но в особенности узкой решаемой задачей» (см. Иванов 1973 в: 163).

В том же разборе романа Бласко Ибаньеса Эйзенштейн, говоря о различных шагах ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР экстатического регресса в описании зрения, отмечал, что не только лишь «снимается дифференциация эмоций в апперцепции», но «зрение низводится на самую низшую его стадию, когда нет еще «глаза», когда глаз еще многоместно расположенные сверхчувствительные пятна ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, не стянувшиеся в системе хрусталиковой линзы и пр[очих] «технических усовершенствований»» (GP, 28 VI.1947). Параллель этому – в согласовании со собственной догадкой об отражении древних архетипов в мифологии – Эйзенштейн находил в «мифологическом многоглазом ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР Аргусе древности и соответственном китайско-японском чудище с глаза[ми], рассыпанными по всей его поверхности» (там же).

Замечая, что наше тело сохранило чувствительность к лучам различного рода (ультрафиолетовым, галлактическим и ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР т.п.), продолжающую «полисветочувствительность всей коже – гелиотропизм растения», Эйзенштейн в этой связи отмечает действие облучения ониксом: «Статуям делали ониксовые глаза, при нагреве солнцем повышалась их излучающая способность: «взгляд бога» действовал на физическом ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР уровне реальным излучением» (там же). Тут Эйзенштейн со характерной ему проницательностью отметил одну из существенных заморочек сравнительной мифологии, устанавливающей разительное сходство легенд и ритуалов Индии, Египта, старой Америки, касающихся «глаза бога» и каждогоднего его обновления ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР (осуществляющегося методом соответственной церемонии вставления глаза в скульптуру бога, помазания драгоценного камня, изображающего глаз и т.п.) (Иванов 1973 и: 162 с литературой вопроса). Стоит увидеть, что препядствия глаза бога – Вотана (Одина ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР) Эйзенштейн касается и в связи со собственной работой над древнегерманской мифологией в вагнеровской интерпретации (т. 5: 333), с глазом бога на мировом дереве (рис. 1) сходен функционально и глаз быка на рисунке Эйзенштейна (Эйзенштейн МП:36).

 

Рис ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР.1. ^ Древнемексиканский набросок
из ацтекского кодекса, изображающий
мировое дерево с глазом бога на его верхушке



Эйзенштейна недаром так заинтересовывала мифологическая предыстория теорий эволюции. Глубочайший эволюционизм, поочередно проведенная диахроническая структурная точка зрения составляли отличительную черту всех ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР сочинений Эйзенштейна, написанных им в последний период жизни. Приведенные мысли об эволюции зрения могут служить только одним из многих вероятных примеров. Тут Эйзенштейн следовал той полосы, которая была общей для всего рассмотренного выше круга ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР ученых от Выготского и Давиденкова до Фрейденберг и Бахтина.

Эйзенштейна тревожил общий для современной науки и искусства круг вопросов, касающийся трудности времени – этой «центральной драмы персонажей XX столетия» (т ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР. 1: 213), как он пишет в собственных автобиографических записках. Эйзенштейн, начиная с поездки в Мексику, задумывался о фильмах (посвященных Мексике, Москве, Фергане, позже опять Москве), где время было бы одним из основных героев (Иванов ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР 19746). Эти планы подразумевали более широкий охват времени, чем его исторические киноленты. Занимаясь неувязкой времени в современном романе и театре (а именно, у Пристли), Эйзенштейн намеревался применить приемы «перескакивания» во времени в собственном ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР последнем кинофильме о Москве. В заметке, датированной 7 сентября 1946 г., Эйзенштейн писал: «Вопрос времени [;] перескок времени [;] Фергана [,] Пристли» (GP, 7. IX.1946).

План кинофильма «Москва» (к которому Эйзенштейн возвратится позже, перед гибелью), с одной стороны, связан с ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР этими предварительными работами по российской истории, с другой стороны, – с мыслями связи различных эволюционных эпох. В связи с этой 2-ой неувязкой сценарий «Москва» Эйзенштейн разбирает в собственных (относящихся к «Grundproblem») теоретических, записях ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР «Зараза моих теоретических положений»:

«Среди роя неосуществленных мною вещей есть один патетический материал, так и не увидевший экрана – “Москва”... Он иллюстрирует еще идея о первично образном воплощении мыслительной концепции, только в предстоящем ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР доживающей время от времени и до формулировок тезой (то, что я делал на данный момент).

...Эта идея о непрерывном снутри нас единстве и последовательности, и [в] единовременности... в каждом из ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР нас есть разряд сознания, схожий уровню “предка”. Для “предка” он был “потолком”.

Для нас он таковой же промежный слой сознания, как само место его в конфигурации мозга меж фронтальными (“передовыми”) частями его, где концентрируются ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР точки приложения высших функций сознания [,] и тыльными – близкими к спинному мозгу» (GP, ср. Эйзенштейн 1962).

Эти идеи подтверждаются идеей известного антрополога Рогинского о роли лобных толикой мозга в антропогенезе (Рогинский 1947, ср. Кочеткова 1973).

В собственных ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР еще не размещенных записях о выразительном движении, теорией которого – в связи с решением задач движения актера на сцене – Эйзенштейн занимался в 20-е годы, он ссылается на выводы биомеханики, которые отчасти ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР воспринимал, дополняя их своей мыслью наличия различных слоев в организации движений. К схожей общей идее пришел, аргументировав ее экспериментальными данными, Н.А. Бернштейн, который, начав с биомеханических исследовательских работ (Бернштейн 1926), позже выработал теорию построения ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР движений, основанную сначала на наличии многоуровневости, связываемой и с разной эволюционной хронологией нервных центров (Бернштейн 1947, 1966); «многослойность» схожим образом понималась Эйзенштейном в его записях о теории выразительного движения. Более точную формулировку и ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР развитие эти мысли Н.А. Бернштейна получили в исследовательских работах математиков – И.М. Гельфанда, М.Л. Цетлина и их служащих – физиологов, где «сложная многоуровневая система управления рассматривается как совокупа подсистем, владеющих относительной автономией ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР... Сложные системы управления могут состоять из нескольких уровней, любая из которых включает ряд таких подсистем» (Гельфанд, Гурфинкель, Цетлин, Шик 1966: 265). В работах нареченных современных ученых эти принципы, сформулированные при исследовании организации движений ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, позже получили существенно более широкие кибернетические приложения. Точно так же и Эйзенштейн распространил идея о многослойности (т.е. многоуровневости), к которой пришел при исследовании выразительного движения, на сознание в целом и на ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР искусство (см. GP, «Einleitung»), что и послужило стимулом для выработки всей концепции Grundproblem»

Идеи биомеханики, непременно, оказавшие воздействие на становление мыслей Эйзенштейна о выразительном движении, были связаны с более широким ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР кругом заморочек, занимавших ученых в то время. На теоретическом уровне к этим же дилеммам подходил друг Эйзенштейна Выготский, когда он (в собственной последней оканчивающей монографии о Декарте и Спинозе, написанной в 1934 г. – вот тогда, когда ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР он больше всего виделся с Эйзенштейном) критиковал телесные теории аффекта (по которым аффект можно вызвать, доведя тело до определенного состояния).

Во внедрении к «Grundproblem» Эйзенштейн вспоминает о том, как его ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР мысли о наличии различных уровней в поведении человека появились в итоге преодоления мыслях биомеханики. По его словам: «Пределом находки школы Бодэ и принципов биомеханики был принцип тотальности. Отсюда вытекало основное правило, что ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР всякое периферийное движение должно получаться в итоге движения центрального. Другими словами что конечности двигаются не только лишь и не столько от местных мышечных иннервации, сколько в итоге посыла от тела в целом ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, в главном от толчка, идущего от ног. Ибо площадка упора и центр масс всей системы – единственная сфера приложения сил. Другими словами, в основной схеме движение конечностей идет по тому же типу, как у ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР танцующей куклы, стройность танца которой обоснована тем, что двигающее усилие в ней приложено в главном к туловищу, конечности же гармонически вторят распространяющемуся отсюда движению.

Понятно, в какой мере среда, где зарождалась биомеханика ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, эстетически (чтоб не сказать эстетски) была связана с культом куклы (идущим под другим углом зрения, чем имеется в виду тут, еще от Крэга и японского театра). Германское крыло – школа Бодэ ссылалась ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР на куклу под несколько другим углом зрения – правильным (не механическим, а органическим) и выраженным в свое время в очень приметной малеханькой заметке Клейста.

Непременно, что более гармоническая картина свободного танца появляется там, где ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР вправду двигательный посыл от тела в целом (приобретенный от толчка ног) плавненько разливается, напр[имер], от высшей части корпуса до оконечностей рук, и где местное движение, пробужденное этим течением, врубается в него, продолжает ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР его, противодействует ему, видоизменяет его направление. Эта 2-ая часть в действиях куклы, что разумеется, отсутствует. Но конкретно она-то и отличает живое движение от неживого, при сохранении основного положения о тотальности ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, как об единой общей отправной инициативе движения.

И энтузиазм живого движения был должен бы концентрироваться конкретно в этой 2-ой фазе движения – в вопросе периферического движения во связи, взаимо- и противодействии с отправным ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР центральным, начальным» (GP).

По существу тут в другой форме Эйзенштейном была сформулирована та же идея о содействии высших центров и (относительно от их независящих) низших, которая легла в базу всего цикла работ по ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР кибернетической биологии (и теории игр автоматов), развивавшей идеи физиологии активности П.А. Берштейна. Таким макаром, пути эстетических исследовании Эйзенштейна и физиологических работ, отправлявшихся, и конечном счете, как и труды Эйзенштейна, от биомеханики ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, шли по схожим фронтам. Эйзенштейн при всем этом опирался и на очень занимавшую его делему разъяснения движении актера через сопоставление его с куклой (в духе статьи Клейста, представлявшей собой 1-ый опыт ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР искусствометрии).

Эссе величавого поэта-романтика Клейста было размещено в первый раз еще в 1810 г. Оно и сейчас поражает не только лишь глубиной проникания в сущность задачи, да и тем, как ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР в ней переосмыслены некие довольно тонкие идеи, почерпнутые из физики и арифметики, которую для собственного времени Клейст знал умопомрачительно отлично. Согласно Клейсту, преимуществом марионеток будет то, что они не опираются на сцену и в ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР этом смысле «противостоят силе тяготения» – «antigraw sing» (Клейст 1810:137). В свободном пересказе Эйзенштейна заключительный вывод Клейста заключается в том, что «совершенство актера – или в том теле, которое совсем не осознано, или ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР в том, которое осознано предельно» (т. 5: 310), «истинно органичное движение доступно кукле либо полубогу»; своим термином «органичное движение» Эйзенштейн передает нем. Grazie, тем приближай Клейста к кругу собственных мыслях об «органичности»: как пояснял Эйзенштейн, «органичное в ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР смысле механики, отвечающей законам природы, и закону тяжести до этого всего» (т.1: 288). Форма движения, по Клейсту, тут на столетие предвосхитившею Н.А. Бернштейна (Бернштейн 1906: 175, 73) находится в зависимости от того, по какой ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР полосы движется центр масс фигуры. Мысли Клейста стали одним из краеугольных камешков в учении самого Эйзенштейна о движении (ДЭ, т. Va, 1928, стр. 82, § 82: т. 1, стр. 288). Совместно с тем в собственных поздних (предсмертных ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР) записях о выразительном движении. Эйзенштейн стремился сконструировать совсем ту идея о конфликте, лежащем в базе всякого подлинного выразительного движения, которую он развивал еще в собственном восхитительном исследовании о диалектическом подходе к ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР форме. Рассматривая движение (опять-таки полностью в духе следующих кибернетических теории) как «осуществление мотива – намерения», Эйзенштейн находит, что в базе выразительного движения обычно лежат два мотива: «они могут быть механически... безотносительными. К ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР примеру, дама гладит белье и прислушивается к шагам, ждя возвращения супруга с работы. Тогда тело становится полем скрещивания 2-ух более оптимальных систем положений для разрешения 2-ух задач. Но подлинно вырази[тельные] движения... появляются ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР тогда, когда два мотива не безотносительны, но являют собою двоякое реагирование на один и тот же мотив» (GP, 9 XII. 1947 г. запись «Выразительное движение»). Тут Эйзенштейн развивает давнишнюю свою идея, согласно которой фотографическое статическое ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР (верное анатомически) изображение движении неправдоподобно в отличие от динамического художественного, в каком (как в Лаокооне, у Микельанджело и в новом искусстве) неминуема деформация. Синематограф и в этом, по Эйзенштейну, продолжает главную линию развития ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР изобразительного искусства.

Главным выводом этих исследовательских работ Эйзенштейна было утверждение о наличии само мало 2-ух различных слоев либо этажей в механизмах управления поведением человека. Этот вывод оказался центральным для всей эстетической ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР теории, которую Эйзенштейн строил в последние годы собственной жизни.

Мысль многоуровневости (Эйзенштейн гласил о слоях либо – в записях по-английски – layer's) сознания была по существу структурной переформулировкой разграничения различных слоев ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР сознания, усвоенного новой психологией – в большинстве случаев в до-структурной и потому более расплывчатой фрейдовской интерпретации. В базе первичных конфликтов, по Эйзенштейну, лежит всегда конфликт 2-ух слоев сознания, как в базе выразительного ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР движения – конфликт 2-ух мотивов. «Центральной травмой» является переход от чувственного мышления и логическому. Эйзенштейн подчеркивает, что этот переход происходит ежеминутно, ежедневно. «Это движении от диффузного к обоснованно дифференцированному мы переживаем на каждом шагу ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР деятельности от момента, когда мы в быту избираем галстук, в искусстве от общих выражений «вообще» перебегаем к точности серьезного строя и письма, либо когда в науке философии надеваем узду четкого понятия и ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР определения на неясный рой представлений и данных опыта. Вот здесь наше сознание резко расползается с тем, что мы лицезреем на Востоке, в Китае, например» (М).

 

2. ^ Основная неувязка. «Основная проблема» теории искусства, по Эйзенштейну ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, заключается в том, что и искусстве происходит «стремительное прогрессивное вознесение по полосы больших идеологических ступеней сознания и сразу же проникновение через строение формы в слои самого глубинного чувственного мышления» (т. 2: 120). Потому, начиная ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР с 30-х годов Эйзенштейна занимает задачка научного описания и сознательного освоения «чувственного мышления». Тут Эйзенштейн предвосхищает ту программку будущих исследовательских работ, которая не так давно была сформулирована всего отчетливее ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР акад. А.Н. Колмогоровым: «Условные рефлексы характерны всем позвоночным, а логическое мышление появилось только, на самой последней стадии развития человека. Все предыдущие формальному логическому мышлению виды синтетической деятельности человеческою сознания, выходящий за рамки простых условных ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР рефлексом, пока не описаны на языке кибернетики» (Колмогоров, 1904: 54).

Для исследования неких явлений стиля (к примеру, Золя и Мане с их недифференцированным изображением) Эйзенштейн считает необходимым привлечь сравнение не с чувственным мышлением ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, а с еще больше ранешней «до-вообще-мыслительной стадией», ссылаясь на особенности всеохватывающего восприятия пауков (по Кречмеру и Хемпельману).

Круг мыслей Эйзенштейна о движении от архаического всеохватывающего мышления к понятийному был ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР в особенности близок выводам друга Эйзенштейна психолога Л.С. Выготского, установившего, что выработке понятийного мышления у малышей предшествует всеохватывающее мышление, оперирующее с целыми пучками предметов, объединенных такими признаками, которые исходя из убеждений логики взрослого ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР представляются несущественными (Выготский 1956, 1960). Эти идеи Выготского Эйзенштейн учитывал, когда писал – уже после погибели Выготского – в «Монтаже» о превращении «детского всеохватывающего мышления» (т. 2: 386) в сознательное мышление взрослого, где наличествует дифференцирующее начало ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР.

Для периодического анализа «проблем зарождающегося кино-языка (в особенности по картине «Октябрь»)» Эйзенштейн был должен часто встречаться со своими друзьями – психологами Л.С. Выготским 1 и А.Р. Лурия и с Н.Я ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР. Марром. Как вспоминал он потом, «мы это даже начинали, но ранняя погибель унесла двоих» (Выготского и Марра) (М., рисунок вступления).

Сходство мыслях Эйзенштейна и Выготского заключалось в том, что в отличие от ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР повлиявших на него антропологов и языковедов (а именно, Леви-Брюля и Марра), неоспоримо относивших дологическое мышление к старым эрам либо архаичным обществам, Эйзенштейн интересовался сначала проявлением этого мышления в жизни и искусстве современного ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР человека. Эйзенштейн в нашем обыкновенном ежедневном поведении находил проявления такого же склада мышления, не различающего меж знаком и денотатом: «Граница меж типами подвижна, и довольно не очень даже резкого аффекта для ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР того, чтоб очень, может быть, логически рассудительный персонаж в один момент стал бы реагировать всегда недремлющим в нем арсеналом форм чувственного мышления и вытекающими отсюда нормами поведения. Когда женщина, которой мы изменили ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, “в сердцах” рвет в клочья фотографию, уничтожая “злого обманщика”, она в мгновенности повторяет чисто волшебную операцию поражения человека через ликвидирование его изображения (базирующееся на ранешном отождествлении изображения и объекта)» (т. 2: 119). Эти выводы ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР Эйзенштейна, где архаическое поведение описывается через понятия теории символов (соотношения изображения и денотата), перекликаются с исследовательскими работами Л.С. Выготского, выполненными в 30-х годах (когда он начинал совместные занятия с Эйзенштейном), но в ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР первый раз написанными только в 1960 г. К тому же кругу мыслей относятся и пробы Эйзенштейна проследить пережиточные следы таких старых «инстинктивных» действий, как плетение узлов либо охота, в более больших сферах деятельности современного ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР человека (к примеру, в искусстве – см. т. 3: 303 и дальше). В таких формах поведения современного человека, как раскладывание Пасьянса, Выготский находил пережитки древних типов управления поведением средством символов, создаваемых самим ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР человеком (Выготский 1960).

В «Grundproblem» Эйзенштейн утверждает, что без тенденции «к регрессу» в искусстве нет формы, как без тенденции «к прогрессу» – нет содержания.

По Эйзенштейну, «искусство есть ... один из способов и путей познани[я ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР]. И при всем этом такового, которое не столько истолковывает образ согласно нормам определенной стадии развития мышления, но само конструирует образы согласно этим нормам мышления, и в структуре этих образов закрепляет те ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР представления, в каких выражается... сам образ мышления. Плоскость картины, форма строения, пластическая тенденция памятника – они все с этой точки зрения подобны тем отложениям горных пород, на которых отложились отпечатки старых птеродактилей ... Они подобны ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР плацдармам, вроде бы чудодейственно сохранившим следы битв и боев снутри сознания их создателей...» (М).

Наличие выраженной «регрессивной» составляющие вместе с «прогрессивной» в психике художественно даровитой личности, по Эйзенштейну, является неотклонимым. Но «сильной ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР и приметной личностью... оказывается как раз та, у которой при резкой интенсивности обоих компонент ведущим и покоряющим другого оказывается прогрессивная составляющая. Таково необходимейшее соотношение сил снутри художественно-творческой личности. Ибо регрессивной компонентой ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР является настолько непременно нужная для этого варианта компонента чувственного мышления, без резко выраженного наличия которого живописец – образотворец – просто неосуществим. И вкупе с тем человек, неспособный управлять этой областью целенаправленным волеустремлением, безизбежно находясь ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР во власти чувственной стихии, обречен не столько на творчество, сколько на безумие» (М, глава «Рильке II»).

Объясняя, почему «основную проблему» эстетики Эйзенштейн определил при упражнениях кино, он указывал, что этот парадокс в кино ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР выступает «в более чистом виде».

Вывод о том, что в его своем искусстве повсевременно оживают античные архетипические ситуации, был Эйзенштейном изготовлен еще по отношению к «Генеральной линии», сходу после ее ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР окончания. В эскизах статьи «Как изготовлена “Генеральная линия”» Эйзенштейн, предвосхищая позднейшие формулировки «основной проблемы», гласит об «атавизме» кинофильма и перечисляет «вечные сюжеты» в нем: «1. Моисей и гора. Грааль. Сепаратор. 2. Похищение Европы. Марфа ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР и бык. 3. Бык – Апис. Апокалипсис. 4. Давид и Голиаф (Жаров и Васька)» (ЦГАЛИ, ф. 1923, оп. 1, ед. хр. 1034).

Внимание Эйзенштейна и позже было устремлено – в согласовании с общей его установкой на исследование синтаксиса ситуации – не ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР столько на исследование застывшего знака, сколько на структуру главных ситуаций.

В этом смысле показательна одна из предварительных записей к «Grundproblem», где (по поводу книжки Фрейденберг «Поэтика сюжета и жанра») Эйзенштейн показывает ПРИМЕЧАНИЯ - В. В. Иванов очерки по истории семиотики в СССР, что нельзя заниматься только «

primenenie-mirovih-informacionnih-resursov-v-menedzhmente.html
primenenie-naruzhnih-lekarstvennih-preparatov-v-zavisimosti-ot-ostroti-nalichiya-vospalitelnogo-processa-i-ego-haraktera-neinfekcionnij-infekcionnij.html
primenenie-nejronnih-setej.html